Автор: Мэттью Риммер*, профессор права в области интеллектуальной собственности и инноваций кафедры права Квинслендского технологического университета (КТУ), Брисбен, Австралия
3D-печать – это отрасль техники, в основе которой лежит принцип аддитивного производства (в противовес принципу субтрактивного производства, лежащего в основе традиционной обрабатывающей промышленности). 3D-печать также связывают с Движением мастеров – общественным движением, основной идеей которого является разработка проектов различных изделий и обмен ими.
В настоящее время развитие 3D-печати находится на переходном этапе. Потребительская «революция 3D-печати», целью которой являлось будущее появление 3D-принтера в каждом доме, потерпела неудачу. У компании «MakerBot», которая была первопроходцем в области 3D-печати, начались трудности из-за ее меняющегося подхода к вопросам интеллектуальной собственности (ИС), в результате чего нарушились ее связи с сообществом программистов, специализирующихся на создании продуктов с открытым исходным кодом, а пользовательская аудитория отвернулась от нее. Как сказал в одном из своих интервью бывший руководитель компании «MakerBot» Бре Петтис, «сообщество разработчиков открытого программного обеспечения выгнало нас из своих райских кущ». В итоге компанию «MakerBot» приобрела фирма «Stratasys», являющаяся лидером индустрии 3D-печати, которая провела ее реструктуризацию и перепрофилирование.
Некоторые другие ключевые игроки также оказались банкротами. В частности, обанкротилась компания «TechShop» – финансируемая за счет членских взносов и открытая для всех желающих сеть студий-мастерских для домашних умельцев. Компания «Maker Media», издающая журнал «Make» и проводящая фестивали умельцев в Соединенных Штатах, перешла под внешнее управление. Основатель журнала «Make» Дейл Доэрти предпринимает попытки оживить свой проект при помощи созданной им новой структуры под названием «Make Community LLC».
Промышленная 3D-печать продолжает развиваться
Хотя персональная 3D-печать и не развивалась так, как ожидалось, имел место рост в рамках ряда других форм и категорий 3D-печати. Наряду с роботизацией и большими данными 3D-печать вошла в число перспективных технологий в обрабатывающей промышленности. Компании, специализирующиеся на информационных технологиях и дизайне, работают над совершенствованием способов применения 3D-печати. Значительные инвестиции, особенно со стороны транспортных компаний, привлекла технология 3D-печати металлоизделий. Кроме того, проводились широкомасштабные эксперименты, связанные с применением 3D-печати в сфере здравоохранения, включая 3D-печать в стоматологии, 3D-печать в медицине, а также биопечать.
По мере совершенствования и развития соответствующих технологий имели место несколько случаев подачи исков в суды, а также определенные политические события, касающиеся регулирования сферы 3D-печати. В нашей недавно опубликованной книге «3D Printing and Beyond» («3D-печать: настоящее и будущее») рассматриваются некоторые важнейшие события в области ИС и 3D-печати. В частности, в ней анализируются проблемы 3D-печати применительно к таким областям, как законодательство об авторском праве, право товарных знаков, патентное право и коммерческая тайна (а также некоторые более широкие проблемы, относящиеся к регулированию 3D-печати). Кроме того, в книге освещаются вопросы использования в сфере 3D-печати механизмов открытого лицензирования.
3D-печать и законодательство в области авторского права
Несколько лет назад возникла паника по поводу того, что широкое распространение 3D-печати породит волну крупномасштабных нарушений прав авторов по аналогии с ситуацией, которая возникла в связи с появлением файлообменной сети «Napster». Хотя подобные опасения пока и не оправдались, имели место различные конфликтные ситуации, связанные с авторским правом и 3D-печатью. Так, например, колледж Августана (Соединенные Штаты) возразил против 3D-сканирования статуй Микеланджело, хотя они и не были объектами авторско-правовой охраны и несомненно являлись общественным достоянием. Американская кабельно-телевизионная сеть HBO заблокировала продажи подставки для «айфона» в виде «железного трона» из телесериала «Игра престолов», изготовленного по чертежам дизайнера Фернандо Сосы с использованием 3D-печати. Певица и композитор из Соединенных Штатов Кэти Перри потребовала запретить реализацию изготовленной при помощи 3D-печати фигурки «акулы слева» того же дизайнера (тем не менее это изделие впоследствии вновь появилось в каталоге фирмы «Shapeways 3D Printing Systems»). Наследники франко-американского художника Марселя Дюшана выступили против производства изготовленного по технологии 3D-печати комплекта шахматных фигур на основе произведений этого художника.
В отношении 3D-печати также применялась система удаления контента по запросу, предусмотренная Законом об авторском праве в цифровую эпоху (США). Компания «Shapeways» и ряд других фирм, специализирующихся на 3D-печати, выражали обеспокоенность по поводу последствий этого режима для онлайн-платформ и посреднических структур, работающих в области 3D-печати.
Кроме того, имели место дискуссии по вопросам, связанным с использованием мер технической защиты в контексте законодательства в области авторского права и 3D-печати. Например, Ведомство США по авторскому праву подтвердило ограниченное по своему охвату исключение для мер технической защиты применительно к исходным материалам для 3D-печати.
3D-печать и законодательство о промышленных образцах
События в области 3D-печати также стали поводом для обсуждения права на ремонт изделий.
В странах Европейского союза предпринимались усилия в целях признания права на ремонт в целях поддержки прав потребителей и развития безотходной экономики. В данной связи одним из важных факторов достижения изменений в поведении компаний и потребителей стала Европейская директива по вопросам экологизации (Директива 2009/125/EC).
В июле 2019 г. Федеральная торговая комиссия Соединенных Штатов провела слушания на тему «Чинить нельзя: практикум по ограничениям на ремонт изделий». Между владельцами ИС и сторонниками права на ремонт в Соединенных Штатах сохраняются значительные разногласия. Кандидат в президенты Элизабет Уоррен призвала принять закон, закрепляющий право на ремонт, в интересах фермеров в сельскохозяйственных регионах Соединенных Штатов.
В Австралии прошло важное и первое в своем роде судебное разбирательство, касающееся права на ремонт в соответствии с законодательством о промышленных образцах (GM Global Technology Operations LLC v S.S.S. Auto Parts Pty Ltd [2019] FCA 97). Государственное казначейство Австралии рассматривает варианты политических действий в отношении практики обмена информацией о ремонте автотранспортных средств.
Министр по делам потребителей Австралийской столичной территории (АСТ) Шейн Реттенбери призвал признать право на ремонт с трибуны Форума по делам потребителей, в работе которого участвуют министры как из Австралии, так и из Новой Зеландии. Федеральный министр Майкл Суккар просил Австралийскую комиссию по вопросам производительности изучить данный вопрос.
Призывы принять законы, закрепляющие право на ремонт, как на уровне провинций, так и на федеральном уровне, слышны и в Канаде. Как отметила в данной связи исполнительный директор организации «Open Media» Лора Трайб, «мы стремимся к тому, чтобы люди имели возможность быть реальными владельцами принадлежащих им изделий».
3D-печать и законодательство о товарных знаках
3D-печать также вносит неопределенность в сферу законодательства о товарных знаках и связанных с ним правовых режимов, включая подмену товаров, права на индивидуальность, коммерческое использование персонажей и фирменный стиль. Правовая коллизия, связанная с заявкой Кэти Перри на регистрацию образа «акулы слева» в качестве товарного знака, позволяет составить представление о некоторых проблемах, возникающих в данной связи.
Что касается биопечати, то компания «Advanced Solutions Life Sciences» подала в суд на фирму «Biobots Inc.» в связи с предполагаемым нарушением ее прав на товарный знак (Advanced Solutions Life Sciences, LLC v BioBiots Inc. 15 May 2017, 2017 WL2114969). Компания «Advanced Solutions Life Sciences» владеет и пользуется зарегистрированным товарным знаком «Bioassemblybot» применительно к 3D-биопечати и выращиванию тканей.
3D-печать и патентное право
Согласно данным Доклада ВОИС о положении в области интеллектуальной собственности в мире «Революционные инновации и экономический рост» за 2015 г., количество патентных заявок в области 3D-печати неуклонно растет. Некоторым компаниям, специализирующимся на промышленной 3D-печати, включая компании «3D Systems» и «Stratasys», удалось сформировать обширные патентные портфели в сфере 3D-печати. Крупные промышленные компании, в том числе «GE» и «Siemens», также накопили значительные патентные активы в области 3D-печати и аддитивного производства. Важную роль в сфере 3D-печати играют и информационно-технологические компании, в том числе «Hewlett Packard» и «Autodesk».
На фоне роста коммерческого значения 3D-печати в обрабатывающей промышленности имело место значительное число судебных споров, связанных с 3D-печатью металлоизделий. В июле 2018 г. в рамках судебного разбирательства по делу «Desktop Metal Inc.» против «Markforged, Inc.» и «Matiu Parangi» (2018 г., дело № 1:18-CV-10524) федеральный суд присяжных постановил, что компания «Markforged Inc.» не нарушала двух патентов, принадлежащих конкурирующей компании «Desktop Metal Inc.» (см. «Desktop Metal Inc.» против «Markforged, Inc.» и «Matiu Parangi» (2018 г.) 2018 WL 4007724 (окружной суд штата Массачусетс, вердикт суда присяжных). В связи с этим исполнительный директор компании «Markforged Inc.» Грег Марк указал: «Мы довольны вердиктом суда присяжных, которые пришли к выводу о том, что мы не нарушали чужих патентов и что технология «Metal X», которая является последним дополнением к платформе 3D-печати «Markforged», основана на собственных фирменных разработках «Markforged»». Со своей стороны, представитель компании «Desktop Metal» отметил, что она «удовлетворена тем, что присяжные признали действительность всех пунктов формулы изобретения в обоих патентах «Desktop Metal», о которых шла речь в судебном иске против компании «Markforged»».
В 2018 г. (уже после вынесения указанного выше вердикта) компании «Desktop Metal Inc.» и «Markforged Inc.» заключили конфиденциальное финансовое соглашение, которым были урегулированы все прочие судебные споры между ними. Однако в 2019 г. компания «Markforged Inc.» возбудила еще один иск против компании «Desktop Metal Inc.» в связи с тем, что, по ее утверждению, последняя нарушила ту часть соглашения, которая касалась неразглашения негативной информации.
3D-печать и коммерческая тайна
Помимо этого, имели место первые судебные споры, касающиеся 3D-печати и законодательства о коммерческой тайне. В 2016 г. компания-стартап из штата Флорида «Magic Leap», специализирующаяся на 3D-печати, возбудила иск в федеральном суде по северному округу штата Калифорния против двух своих бывших сотрудников, обвинив их в незаконном присвоении информации, составляющей коммерческую тайну, по смыслу Закона о защите коммерческой тайны («Magic Leap Inc.» против Bradski et al (2017 г.), дело № 5:16-cvb-02852). В начале 2017 г. судья удовлетворил просьбу ответчиков приостановить рассмотрение дела, указав, что компания «Magic Leap» не обеспечила раскрытие информации, предположительно составляющей коммерческую тайну, с «достаточной степенью конкретности». Впоследствии судья разрешил компании «Magic Leap» внести изменения в текст своего представления. В августе 2017 г. стороны заключили в связи с данным вопросом «конфиденциальное соглашение». В 2019 г. компания «Mafic Leap» подала в суд на основателя компании «Nreal», обвинив его в нарушении контракта, мошенничестве и недобросовестной конкуренции («Magic Leap Inc.» против Xu, 19-cv-03445, окружной суд США по северному округу штата Калифорния (Сан-Франциско)).
3D-печать и открытое лицензирование
В дополнение к проприетарным способам охраны ИС в сфере 3D-печати широко применяется практика открытого лицензирования. В число компаний, исповедующих философию бесплатного распространения результатов своей работы, входят компании «Prusa Research» (Чехия), «Shapeways» (Нидерланды-США) и «Ultimaker» (Нидерланды). Участники Движения мастеров использовали механизмы открытого лицензирования для обмена файлами 3D-печати и их распространения. Как указывалось в докладе «The State of the Commons 2017», платформа «Thingiverse» была одной из наиболее популярных платформ, использовавших лицензии Creative Commons.
Прочие вопросы, возникающие в связи с развитием 3D-печати
Помимо вопросов, связанных с ИС, в контексте развития 3D-печати также возникает ряд других вопросов юридического, этического и нормативного характера. В сфере здравоохранения регулирующие органы столкнулись с проблемами, связанными с индивидуализированной медициной. Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов Соединенных Штатов и австралийское Управление по контролю товаров медицинского назначения провели консультации по вопросам разработки сбалансированного комплекса правил в области медицинской 3D-печати и биопечати. Европейский парламент принял резолюцию с призывом применять комплексный подход к вопросам регулирования 3D-печати.
В Соединенных Штатах также продолжаются судебные споры относительно 3D-печати огнестрельного оружия. Генеральные прокуроры ряда штатов подали в суд на нынешнюю администрацию, с тем чтобы воспрепятствовать выполнению соглашения между федеральным правительством и фирмой «Defense Distributed». В Австралии, Соединенном Королевстве, Соединенных Штатах и Японии было возбуждено несколько уголовных дел в связи с попытками 3D-печати огнестрельного оружия. Законодатели обсуждают целесообразность введения уголовной ответственности за преступления, связанные с владением цифровыми чертежами для изготовления огнестрельного оружия при помощи 3D-печати.
