Преодоление гендерного разрыва в области интеллектуальной собственности

Апрель 2018

Дэн Л. Берк, профессор права, Калифорнийский университет, Ирвайн, США

Право интеллектуальной собственности (ИС) — это способ обеспечить признание и вознаграждение творческих людей за их работу путем предоставления им исключительных прав на свои произведения на определенный период времени, в течение которого они могут самостоятельно решать, кто вправе использовать результаты их труда, и взимать плату за такое использование.

Листовка, изданная самостоятельно Шарлоттой Смит. Она одной из первых начала отстаивать права женщин-изобретателей в США. По данным блога, посвященного истории женщин в Америке, в период 1855–1865 г. женщины получали в среднем по 10 патентов в год, а мужчины — более 3760 патентов.

Предполагается, что эта система создает мотивацию для творческой деятельности в интересах не только авторов произведений, но и общества в целом. Поэтому считается, что если система ИС не в состоянии привлечь и обеспечить признание создателей творческих произведений, то она не выполняет свою ключевую функцию. К сожалению, появляется все больше свидетельств в пользу того, что очень часто она не может охватить большую группу авторов.

ИС и гендер: исторический аспект

На протяжении большей части современной истории и определенно на начальном этапе развития системы ИС женщины были не вправе занимать те формальные позиции, которые могли в принципе служить основанием для получения прав ИС. В таких творческих профессиях, как профессия художника, инженера, писателя, ученого и музыканта, доминировали мужчины, а иногда женщины вообще не были в них представлены. В те времена подобные занятия были социально неприемлемы для женщин. В процессе своего развития право ИС следовало этой установке. Например, как отмечает профессор Шелли Райт, авторское право исторически охватывало только изящные искусства, такие как скульптура, живопись, литература и музыка, т. е. те сферы, где женщин было мало, а иногда не было вообще. При этом произведения таких ремесел, как вышивка, вязание, квилтинг и других «домашних» ремесел, до недавнего времени были исключены из сферы объектов, на которые распространяется действие авторского права.

В то же время в тех случаях, когда женщины создавали изобретения или творческие произведения, не занимая формально необходимых позиций, социальное или правовое признание подобных работ считалось неприемлемым. В некоторых случаях творческие произведения талантливых женщин распространялись анонимно или под псевдонимом. Так было, например, в случае Клары Шуман, супруги знаменитого Роберта Шумана, и Фанни Мендельсон, сестры признанного композитора Феликса Мендельсона. В то время получение женщинами патентов или авторских прав было невозможным. Тщательная историческая реконструкция позволила найти свидетельства того, что патенты на изобретения, сделанные женщинами, выдавались на имя братьев, отцов или мужей. Например, когда Сибилла Мастерс разработала способ обработки кукурузы в 1715 г. и ее достижение было зафиксировано в патентном документе, соответствующее право на него получил ее муж. По законам того времени женщины не могли владеть имуществом.

Сохраняющийся гендерный разрыв

К счастью, общественные взгляды изменились, и сегодня число явных препятствий, с которыми сталкиваются женщины-изобретатели и авторы творческих произведений, уже не так велико. Однако есть убедительные данные, свидетельствующие о скрытой гендерной предвзятости. Например, как показывает анализ данных по патентным заявкам, существует большой разрыв между числом патентных заявителей мужского и женского пола. Женщины гораздо меньше вовлечены в каждый аспект патентной системы. Этот разрыв различается в зависимости от юрисдикции: доля патентных заявок, в которых указана женщина-изобретатель, составляет лишь 4 % в немецкоязычных странах, только 10 % в США и около 20 % в испаноязычных странах. Нигде число патентных заявок, поданных женщинами, даже близко не приближается к числу заявок, поданных мужчинами. Как показывают данные по практикующим юристам в патентной области, число патентных поверенных и агентов женского пола также существенно ниже, чем число мужчин в этой области, что, возможно, неудивительно.

С учетом подобной статистической информации наиболее логичной и очевидной мерой представляется поощрение участия женщин в профессиональных областях, связанных с научно-техническими дисциплинами. Несмотря на инициативы по созданию возможностей для женщин в этих сферах, хорошо известно, что результаты такой работы, направленной на привлечение и удержание женщин, крайне незначительны. Но именно на эти области приходится наибольшая доля патентоспособных изобретений. А поскольку число женщин, занимающихся точными науками, невелико, число поступающих от них патентных заявок также невелико. Соответственно, если число женщин в этих областях увеличится, то увеличится и число подаваемых ими патентных заявок.

Несмотря на то, что есть множество веских оснований для поощрения более широкого участия женщин в научно-технических дисциплинах, а расширение такого участия с большой вероятностью способствовало бы увеличению общего числа патентных заявок, подаваемых женщинами, низкое число женщин в технических областях, очевидно, является не единственной причиной их недостаточно активного участия в работе патентной системы.

Не просто цифры

Клара Шуман была состоявшейся пианисткой и композитором, но ее
работа нередко отходила на второй план по сравнению с работой ее
мужа, Роберта Шумана. Действительно, ее нередко называли
помощницей собственного мужа. (Фото: Granger Historical Picture
Archive / Alamy Stock Photo).

Проблема гендерного разрыва не может быть решена просто обеспечением численного паритета. Для этого она слишком сложна и запутана. Это эмпирически показали групповые исследования, в ходе которых сравнивались мужчины и женщины, занимающие аналогичные позиции в научно-технических областях. Было установлено, что женщины, которые уже работают в этих областях, используют патентную систему гораздо реже, чем их коллеги-мужчины.

Вероятность получения патента на результаты своих исследований для ученых и инженеров женского пола почти вдвое меньше, чем для их коллег-мужчин. Это характерно как для исследовательских учреждений, так и для производственной среды, хотя в последнем случае разрыв в патентовании не такой большой. При этом он наблюдается во всех возрастных и иных группах женщин в научно-технических областях, несмотря на увеличение их общего числа. Он характерен даже для биологических наук — сферы, в которую приходит больше всего женщин и в которой число женщин-исследователей выше. Сравнение других количественных показателей, таких как получение грантов на исследования, не показало наличие такого разрыва. Когда женщины-исследователи все-таки получают патенты, их значимость не ниже, чем у патентов коллег-мужчин. Таким образом, разрыв в патентовании невозможно объяснить важностью или качеством результатов исследований.

Подобные количественные исследования могут очертить определенные параметры проблемы, но их возможности по выявлению источника разрыва в патентовании весьма ограничены. На определенном этапе их необходимо дополнить качественными исследованиями, чтобы узнать недостающие детали. Этнографические исследования, проведенные рядом ученых, показывают, что сегодняшним женщинам-изобретателям пользоваться патентной системой по-прежнему мешает целый комплекс социальных барьеров. По данным подробных опросов и интервью, женщины в научно-технических областях выработали социальную реакцию, которая препятствует их участию в патентовании и коммерциализации своих исследований. Ученые и инженеры женского пола с меньшей вероятностью задумываются о коммерциализации своих изобретений по сравнению с коллегами-мужчинами и в меньшей степени готовы рекламировать себя и свою работу потенциальным бизнес-партнерам.

Такого рода интернализированные реакции затем усиливаются посредством социально обусловленных препятствий. Ученые и инженеры женского пола с большей вероятностью исключаются из социальных сетей, которые могли бы позволить им получить поддержку в коммерциализации результатов своего труда. Например, женщину с меньшей вероятностью пригласят в престижный научный совет или консультативный совет, где она могла бы познакомиться с потенциальными партнерами в области инноваций. Что касается другой стороны стола, то есть данные, свидетельствующие о том, что основные партнеры, такие как венчурные компании и другие финансовые структуры, с меньшей вероятностью готовы серьезно рассматривать предложения от женщин-изобретателей по сравнению с предложениями от мужчин-изобретателей.

Нехватка данных

По данным Центра Лемельсонов, Шарлотта Смит, феминистка и
реформатор, была одним из инициаторов первых попыток точно
подсчитать число женщин-изобретателей. Благодаря ее работе
Ведомство по патентам США в 1888 г. составило первый
официальный список женщин, владеющих патентами.

Таким образом, данные свидетельствуют о том, что существует явный и устойчивый гендерный разрыв в области патентования. Но какова ситуация в других творческих областях? Гораздо меньше известно о положении в области авторского права, так как бóльшая часть эмпирической работы, проведенной на данный момент по гендерным вопросам в сфере интеллектуальной собственности, касается в основном патентной системы. Но это не значит, что в области авторского права ситуация лучше. Неофициальные и несистематические наблюдения, касающиеся участия женщин в творческих отраслях, для которых очень важна авторско-правовая охрана (а это издательское дело, кинопроизводство, музыкальный бизнес), свидетельствуют о том, что здесь положение женщин, вероятно, ничуть не лучше, чем в технических отраслях, которые опираются на патентную охрану.

Нужно отметить, что в сфере патентования гораздо проще проводить эмпирические исследования, так как патенты выдаются только после административного рассмотрения патентной заявки. Это дает большой объем данных, которые легко собрать и использовать для статистических исследований. Однако в других областях, таких как авторское право, дело обычно обстоит по-другому. В отличие от патентных прав, авторские права автор получает сразу же в момент фиксации творческого произведения, и, согласно международным договорам, таким как Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений, для получения авторских прав административные формальности не нужны. В результате объем данных, позволяющих оценить использование системы авторского права, не так велик по сравнению с патентной системой, что усложняет проведение эмпирической оценки гендерных аспектов в системе авторского права.

Однако в США законодательство об авторском праве предусматривает существенные правовые стимулы, побуждающие авторов регистрировать свои произведения в Библиотеке Конгресса, и эти данные позволяют сделать интересные выводы. Например, как было установлено в недавней новаторской работе Роберта Браунейса и Орена Брахи, в которой были проанализированы собранные Ведомством США по авторскому праву данные о регистрациях и гендерных трендах, подавляющее большинство авторов, зарегистрировавших свои работы, являются мужчинами.

Эта тенденция проявляется по-разному в разных категориях авторского права: она наименее очевидна в области художественных и текстовых работ, но проявляется сильнее в таких категориях, как музыкальные произведения и кинофильмы, где авторство более трех четвертей зарегистрированных работ принадлежит мужчинам. В последние годы отмечен небольшой рост доли женщин среди авторов кинофильмов и текстовых произведений, тогда как в музыкальной сфере доля женщин остается неизменной. В свете показателей участия женщин в работе патентной системы неудивительно, что самая низкая доля женщин-авторов наблюдается в сфере регистрации программного обеспечения. В исследовании также были выявлены еще несколько интересных тенденций в области авторства, которые указывают на наличие других потенциальных искажений в социальной структуре творческой деятельности. Например, данные показывают, что соавторами значительно чаще становятся люди одно пола.

Гендерная предвзятость в законах об ИС?

Хотя причиной гендерно-дифференцированных результатов является множество социальных факторов, особое опасение вызывает тот факт, что законы об ИС, которые носят подчеркнуто гендерно-нейтральный характер, могут ставить женщин в невыгодное положение. Все больше ученых-правоведов занимаются анализом скрытых установок и неожиданных результатов, связанных с доктринами о патентах, авторском праве и товарных знаках.

Хотя причиной гендерно-дифференцированных результатов является множество социальных факторов, особое опасение вызывает тот факт, что законы об ИС, которые носят подчеркнуто гендерно-нейтральный характер, могут ставить женщин в невыгодное положение. Как показала работа этнолога-культуролога Боатемы Боатенг, принятые в Гане законы об охране традиционных ремесел и знаний ткачей, использующих традиционные методы, неожиданно способствовали усилению гендерного неравенства внутри общины. (Фото: Olivier Asselin / Alamy Stock Photo).

При этом взаимодействие между ИС и другими социальными структурами может развиваться неожиданным образом. Например, этнолог-культуролог Боатема Боатенгв своей работе рассказывает о том, как в Гане велась продажа тканей машинного производства с изображением орнаментов, напоминающих орнаменты традиционных тканей. Местные ткачи воспользовались законами об охране традиционных ремесел и знаний, чтобы помешать продаже поддельных тканей. Казалось, что эти законы выполнили свою основную функцию. Однако потом были проанализированы и другие аспекты, включая гендерные, и выяснилось, что ткачеством в Гане традиционно занимаются мужчины и жалоба о нарушении прав подавались мужчинами-ткачами простив небольших предприятий, на которых в основном работали женщины. Здесь мы видим, как подчеркнуто нейтральный закон неожиданно способствовал укреплению давно сложившегося гендерного неравенства в рассматриваемой общине.

Хотя многое еще предстоит сделать, чтобы полностью понять причины и масштаб гендерного неравенства в области ИС, на данный момент мы можем говорить о том, что есть различные решения, направленные на преодоление гендерного разрыва. В этой связи долгосрочный сравнительный анализ показал, что знакомство с темой изобретательства и инноваций на раннем этапе жизни человека способствует инновационной деятельности позднее. Совершенно очевидно, что образование, информирование и наличие примеров для подражания играет важную роль в обеспечении использования ИС обоими полами.

«Журнал ВОИС» призван помочь читателям улучшить свое понимание интеллектуальной собственности и деятельности ВОИС и не является официальным документом ВОИС. Используемые в этой публикации обозначения и представляемые материалы никоим образом не выражают мнение ВОИС относительно правового статуса каких бы то ни было стран, территорий или районов или их органов власти или относительно делимитации их границ. Данная публикация не преследует цели отразить точку зрения государств-членов или Секретариата ВОИС. Упоминание в публикации конкретных компаний или продуктов определенных производителей не означает, что ВОИС их поддерживает или рекомендует или отдает им предпочтение перед другими аналогичными компаниями и продуктами, которые в материалах не упомянуты.