Основные противоречия в сфере ИС, вызванные развитием ИИ
Стремительное развитие систем ИИ и широкая доступность инструментов ИИ создали новые серьезные вызовы для некоторых основополагающих принципов ИС. Ниже они кратко изложены. Далее в руководстве они рассматриваются более подробно, при этом особое внимание уделяется актуальным для бизнеса проблемам.
Владельцы авторских прав и разработчики генеративного ИИ
Моделям генеративного ИИ нужны огромные объемы данных для обучения. Например, исходная модель GPT-3 компании OpenAI была обучена на 570 гигабайтах текста. В некоторых случаях значительная часть этих наборов обучающих данных была собрана в Интернете и содержит тексты и изображения, охраняемые авторским правом. Это породило вопросы о потенциальном нарушении авторских прав. Таким образом, существуют две основные противоположные точки зрения на баланс между интересами владельцев авторских прав и необходимостью использования разработчиками систем генеративного ИИ охраняемых авторским правом произведений для обучения моделей.
Разработчики моделей генеративного ИИ иногда утверждают, что эти модели не хранят постоянных копий охраняемых авторским правом произведений и получают доступ к содержащейся в них информации лишь временно: таким образом, по их мнению, использование охраняемых авторским правом наборов обучающих данных подобно обучению человека посредством чтения книг или просмотра произведений искусства. Разработчики утверждают, что при создании копии — будь то временной или постоянной — такие копии подпадают под действие существующих исключений из авторского права и ограничений авторского права, и, следовательно, нарушения авторских прав не происходит.
С другой стороны, многие владельцы авторских прав утверждают, что несанкционированное использование их произведений в составе этих наборов обучающих данных представляет собой нарушение авторских прав. Владельцы авторских прав подали несколько исков против разработчиков ИИ, однако в ближайшем будущем вряд ли появятся однозначные ответы на эти сложные правовые вопросы. Особые споры вызывает тот факт, что не существует простого способа оценить, в какой степени конкретное произведение повлияло на обучение модели ИИ и как можно выплатить компенсацию владельцу авторских прав. Кроме того, во многих юрисдикциях регистрация авторских прав не является обязательной, что порой затрудняет идентификацию произведений, охраняемых авторским правом.
Авторско-правовая охрана результатов генеративного ИИ
Генеративный ИИ способен создавать широкий спектр творческих произведений, включая текст, аудио, видео и изображения. В настоящее время ведется международная дискуссия по поводу того, должны ли эти результаты работы ИИ пользоваться авторско-правовой охраной.
Например, в Соединенных Штатах Америки широкий резонанс вызвало дело, связанное с заявкой на авторско-правовую охрану произведения под названием «Théâtre D'opéra Spatial» («Космический оперный театр»), которое было создано почти полностью с использованием генератора изображений на базе ИИ Midjourney. Данная заявка была отклонена на том основании, что творческий вклад человека был малозначимым. Однако в более недавнем деле, связанном с произведением под названием «A Single Piece of American Cheese» («Один кусок американского сыра»), автор смог продемонстрировать достаточное участие человека в сочетании с использованием инструментов ИИ. Ведомство США по авторскому праву признало, что произведение соответствует требованиям для регистрации.
Произведение «Théâtre D’opéra Spatial» было создано Джейсоном М. Алленом с использованием генератора изображений на основе ИИ Midjourney.При рассмотрении Пекинским интернет-судом одного знакового дела в 2023 году было установлено, что изображение, созданное с помощью Stable Diffusion (это еще один генератор изображений на основе ИИ), является оригинальным произведением, поскольку необходимые для его создания промпты свидетельствовали о достаточном уровне творческого участия человека. В своем решении суд исходил из того, что генеративный ИИ может использоваться человеком в качестве инструмента творческой деятельности и что если автор использует генеративный ИИ как инструмент, одновременно внося существенный творческий вклад, то созданному в результате произведению потенциально может быть предоставлена авторско-правовая охрана. Остается открытым вопрос о том, как измерить такой вклад и установить соответствующий порог.
ИИ и авторство изобретений
Может ли система ИИ быть владельцем патента? Можно ли признать ИИ изобретателем новой технологии или инструмента?
DABUS («Устройство для автономного формирования объединенного сознания») — это система ИИ, созданная доктором Стивеном Талером, которая предположительно разработала два изобретения без участия человека. Талер подал заявки на патенты на эти изобретения по всему миру, указав DABUS в качестве изобретателя. Большинство патентных ведомств отклонили заявки с указанием DABUS на том основании, что патентное законодательство требует указания физического лица в качестве изобретателя. Патентное ведомство Южной Африки стало заметным исключением: оно выдало патент, хотя и без экспертизы. Помимо этих юридических возражений, многие специалисты в области информатики по-прежнему скептически относятся к тому, что современные системы ИИ действительно способны самостоятельно изобретать.
Что считается вкладом человека?
Хотя идея о том, что ИИ может изобретать полностью самостоятельно, по-прежнему вызывает споры, политикам все же нужно учитывать тот факт, что ИИ играет все более значительную роль в изобретательском процессе. Это поднимает такие важные вопросы, как:
Если ИИ используется в изобретательском процессе, каким должен быть порог вклада человека для выдачи патента?
Какие виды вклада человека считаются частью изобретательского процесса, а какие — просто использованием инструмента?
Должны ли разработчики моделей ИИ и поставщики данных иметь право на патенты на изобретения, созданные с использованием их систем?
Каждый из этих вопросов имеет далеко идущие последствия для стимулирования инноваций, действительности патентов и основной цели патентной системы.
Проблемы раскрытия информации и прозрачности
Патентное законодательство требует указания в заявках имени изобретателя и раскрытия изобретения достаточно подробно, чтобы другие могли его воспроизвести. Однако оно не требует раскрытия информации о том, как именно было создано изобретение. Это означает, что роль системы ИИ в изобретательском процессе потенциально может оставаться скрытой как от патентных экспертов, так и от общественности.
Если юрисдикции примут решение о том, что степень участия ИИ имеет существенное значение для патентоспособности, и если пороговые значения вклада человека будут играть важную роль при выдаче патентов, то существующая система раскрытия станет недостаточной. При оценке заявок патентным экспертам потребуются механизмы для определения соответствующих вкладов человека и систем ИИ. Без такой прозрачности любые стандарты, которые будут разработаны в отношении созданных при участии ИИ изобретений, не смогут применяться последовательно, что приведет к неопределенности как для заявителей, так и для экспертов.
Если в действующее законодательство в области ИС не будут внесены изменения, а установленные в патентном праве критерии вклада человека останутся высокими, приведет ли отсутствие патентной охраны для созданных ИИ изобретений к более широкому использованию защиты коммерческой тайны? Это, в свою очередь, может вызвать серьезные опасения в отношении прозрачности и усугубить проблему «черного ящика» ИИ. Не приведет ли это к снижению стимулов для инвестиций в ИИ? Появятся ли основания для аннулирования патента, если в качестве изобретателя был ошибочно указан человек, тогда как изобретение было создано ИИ?
Возможные политические решения
К числу возможных политических решений относятся:
изучение возможности совместного авторства изобретений ИИ и человека,
полная отмена требования указывать изобретателя,
указание в качестве изобретателя лица, имеющего наиболее тесную связь с ИИ,
указание человека в качестве изобретателя при обязательном раскрытии информации об участии ИИ,
создание совершенно новой системы ИС для изобретений, созданных ИИ.
Каким бы ни был результат, законодатели должны будут вернуться к основам и проанализировать экономические и социальные цели патентной системы, а именно: стимулирование творческой деятельности человека и раскрытие новых изобретений путем предоставления изобретателям исключительного права на использование своих изобретений в течение установленного срока.
Основные текущие законодательные и иные изменения в сфере ИС и ИИ
Китай
Китай придерживается прагматичного и все более либерального подхода к ИИ и ИС и осуществляет комплексное управление ИИ с помощью отраслевых нормативных актов.
В ноябре 2023 года в рамках одного знакового дела Пекинский интернет-суд вынес решение по иску о нарушении авторских прав. Суд постановил, что созданное ИИ изображение подлежит охране в рамках авторского права, а лицо, сформулировавшее промпт для создания такого изображения, может быть признано автором в соответствии с законодательством Китая об авторском праве. Аналогичное решение в марте 2025 года вынес Народный суд города Чаншу. Суд счел, что созданное с помощью ИИ изображение может являться оригинальным интеллектуальным достижением, поскольку этот процесс включает в себя принятие дизайнерских решений, составление промптов, установку параметров и выбор конечного результата.
Изображение «Весенний ветер приносит нежность» было создано в 2023 году. Дело «Ли против Лю» касалось изображения, созданного Ли Юнькаем с использованием генератора изображений на основе ИИ Stable Diffusion.31 декабря 2024 года Национальное управление интеллектуальной собственности Китая опубликовало Руководство по подаче патентных заявок на связанные с ИИ изобретения. В этом руководстве подчеркивается, что указанные в патентном документе изобретатели должны быть физическими лицами. В сентябре 2025 года вступили в силу «Меры по маркировке контента, созданного и синтезированного с использованием искусственного интеллекта», предусматривающие обязательную явную и встроенную маркировку всех текстов, изображений, аудиозаписей, видеозаписей и иммерсивных виртуальных сцен, созданных и синтезированных с использованием ИИ и распространяемых онлайн на территории Китая.
Европейский союз
Закон Европейского союза об искусственном интеллекте представляет собой всеобъемлющую нормативную базу. Он вступил в силу 1 августа 2024 года и предусматривает поэтапное внедрение. Этим законом с февраля 2025 года был введен запрет на использование систем ИИ, создающих неприемлемый риск; через девять месяцев после вступления в силу начали применяться кодексы практики, а еще через 12 месяцев — правила в отношении моделей ИИ общего назначения.
Закон об ИИ содержит два положения, касающихся авторского права: статью 53(1)(c) и статью 53(1)(d). Первое из них требует от разработчиков «моделей ИИ общего назначения» соблюдать законодательство об авторском праве и условия, установленные Директивой об авторском праве и смежных правах на едином цифровом рынке, в целях обеспечения возможности интеллектуального анализа текста и данных. По сути, это означает, что охраняемые авторским правом материалы могут использоваться для обучения моделей ИИ при условии, что правообладатели не заявили о своем отказе от такого использования. Второе положение обязывает разработчиков ИИ предоставлять отчеты о наборах данных, используемых для обучения моделей ИИ общего назначения. Это устанавливает обязательства по обеспечению прозрачности, которые могут выявить потенциальные нарушения авторских прав в наборах обучающих данных.
В феврале 2026 года Комитет Европейского парламента по правовым вопросам принял доклад, посвященный взаимосвязи между генеративным ИИ и законодательством об авторском праве, тем самым обозначив намерение занять более жесткую позицию в защиту интересов владельцев авторских прав.
Япония
Япония стала первой в мире страной, где интеллектуальный анализ текста и данных был напрямую исключен из числа нарушений авторских прав. Примечательно, что в отличие от аналогичных исключений в других странах, данное положение распространяется как на коммерческое, так и на некоммерческое использование. Это было сделано с целью стимулирования роста цифровой экономики Японии. С тех пор Япония расширила сферу применения исключений в отношении деятельности на основе ИИ, приняв новые законы, освобождающие от ответственности за нарушение авторских прав при проведении следующих видов деятельности:
определенные виды использования охраняемых авторским правом произведений для машинного обучения;
создание побочных электронных копий произведений; и
использование охраняемых авторским правом произведений для проверки данных.
Япония пока сохраняет относительно либеральный подход к данным, используемым для обучения ИИ, хотя по мере роста числа судебных разбирательств во всем мире ее позиция может стать более дифференцированной.
Соединенное Королевство
В Соединенном Королевстве предусмотрена охрана «произведений, созданных компьютером» — несколько уникальная форма авторско-правовой охраны, существующая в Соединенном Королевстве, Ирландии и еще нескольких юрисдикциях. Проще говоря, эти нормы предоставляют авторско-правовую охрану произведениям, полностью созданным компьютерами без участия человека. Эта норма решает вопрос о принадлежности прав путем признания владельцем авторских прав физического лица, создавшего компьютерную систему, которая сгенерировала произведение.
На первый взгляд может показаться, что эти нормы решают проблему авторско-правовой охраны произведений, созданных с помощью ИИ. Однако такой подход по-прежнему принципиально расходится с законодательством об авторском праве, действующим во всем мире, и прежде всего с Бернской конвенцией. Эти нормы основаны на ключевом допущении о том, что создателями произведений являются люди, которые получают авторско-правовую охрану. Подход Соединенного Королевства противоречит основополагающему «ориентированному на автора» характеру законодательства об авторском праве и поэтому представляет собой скорее проблемный обходной путь, чем надлежащее решение проблемы авторства произведений, созданных с помощью ИИ.
В декабре 2024 года правительство Соединенного Королевства начало консультации по вопросам авторского права и искусственного интеллекта, в рамках которых, среди прочего, было предложено реформировать систему охраны произведений, созданных компьютером, что может иметь существенные последствия для ИИ. По итогам этих консультаций в марте 2026 года правительство опубликовало свой доклад «Авторское право и искусственный интеллект». В этом докладе не содержалось конкретных предложений. Правительство отказалось от некоторых из ранее рассматривавшихся им подходов (таких как исключения для интеллектуального анализа текста и данных и возможность отказа правообладателей от использования их произведений) и в целом заняло в отношении формирования политики в этой области более выжидательную позицию.
Закон Соединенного Королевства «Об использовании данных и доступе к данным» 2025 года не устанавливает для разработчиков ИИ немедленных юридических обязательств получать согласие правообладателей, но дает четкий сигнал о возможном скором появлении официальной нормативной базы в области ИИ и ИС.
США
В феврале 2025 года по делу «Thomson Reuters против ROSS» федеральный суд США вынес первое значимое в 2025 году решение по вопросу авторского права и ИИ, удовлетворив иск истца о нарушении авторских прав и отклонив аргументацию ответчика о добросовестном использовании. Стоит отметить, что в этом деле речь шла не о модели генеративного ИИ, создающей новый контент, а скорее о модели, функционировавшей по принципу поисковой системы и представлявшей собой продукт, непосредственно конкурировавший с охраняемыми авторским правом материалами, на которых она была обучена. После этого дела другие решения судов США (в частности, по делам «Kadrey против Meta» и «Bartz против Anthropic») подтвердили возможность защиты на основании добросовестного использования.
Указ № 14179, изданный в январе 2025 года, изменил направление политики США в области ИИ: были отменены ранее принятые директивы, в которых уделялось особое внимание защите данных и прозрачности, и поставлена цель устранить меры федеральной политики, которые считались препятствующими инновациям. Далее, в декабре 2025 года был издан указ, направленный на то, чтобы не допустить применения штатами собственных нормативных актов в области ИИ.
Ведомство по авторскому праву США опубликовало доклад из трех частей «Авторское право и искусственный интеллект». В мае 2025 года была выпущена предварительная версия третьей части доклада, посвященной обучению генеративного ИИ. В ней, по сути дела, утверждалось, что в настоящее время принятие соответствующего законодательства было бы преждевременным. Вместо этого в докладе было рекомендовано и далее применять доктрину добросовестного использования в каждом конкретном случае и использовать лицензирование в качестве альтернативного варианта в тех случаях, когда добросовестное использование неприменимо.
Вопросы юрисдикции
Если система ИИ потенциально нарушает авторские права и дело доходит до суда, то возникает ряд сложных практических вопросов, связанных с международным частным правом. Основной вопрос здесь заключается в следующем: обладает ли суд компетенцией для рассмотрения этого дела?
Это сложный вопрос, для решения которого необходимо учитывать не только непростые корпоративные структуры компаний, создающих продукты на основе ИИ (которые зачастую охватывают несколько юрисдикций), но и место обучения, доработки и внедрения сложных моделей генеративного ИИ (что тоже нередко происходит в нескольких юрисдикциях).
В Законе ЕС об ИИ была предпринята попытка решить эту проблему в пункте 106 преамбулы. В нем указано, что:
«поставщики моделей ИИ общего назначения должны принять политику, обеспечивающую соблюдение законодательства Союза в области авторского права и смежных прав».
Далее указано:
«любой поставщик, выводящий модель ИИ общего назначения на рынок Союза, должен соблюдать это обязательство независимо от юрисдикции, в которой осуществляются действия, имеющие отношение к авторскому праву и лежащие в основе обучения таких моделей ИИ общего назначения».
Другими словами: «Если вы хотите продавать свою модель ИИ в Европейском союзе, вы должны соблюдать законодательство ЕС в области авторского права, независимо от того, где проходило обучение модели». Логика здесь заключается в том, что ни одна компания не должна получать несправедливое преимущество на европейском рынке за счет обучения своих моделей ИИ в странах с менее строгой защитой авторских прав.
Однако пункт 106 преамбулы, несмотря на широкий охват, не имеет юридически обязательной силы и не учитывает тот факт, что авторское право регулируется принципом территориальности. На практике, если деятельность по интеллектуальному анализу текста и данных осуществляется за пределами Европейского союза, а модель выводится на рынок ЕС лишь после этого, то поставщик будет соблюдать требования, изложенные в этом пункте преамбулы. Напротив, если какой-либо из этапов обучения осуществляется на территории Европейского союза, например извлечение данных с сайтов, то положения этого пункта преамбулы начинают применяться и поставщик должен будет соблюдать законодательство Европейского союза.
Хотя эти положения имеют узкую направленность и касаются исключительно авторского права и Европейского союза, будет неудивительно, если в будущем такой подход будет распространен на другие области права ИС и за пределы территории Европейского союза. Цель состоит в том, чтобы не допустить распространения подхода, при котором компании, разрабатывающие системы ИИ, выбирают наиболее либеральные юрисдикции для разработки своих моделей, сохраняя при этом доступ к более жестко регулируемым рынкам сбыта.