Можно ли запатентовать изобретение, созданное с использованием ИИ?
В патентном праве есть ряд положений, которые трудно применить к изобретениям, созданным с помощью ИИ. К ним относятся:
понятие изобретателя,
требование о наличии изобретательского уровня (в некоторых юрисдикциях — «неочевидности») и
требования о раскрытии.
Понятие изобретателя
В разных юрисдикциях действуют разные критерии определения авторства изобретения. В США «основной вопрос при определении авторства изобретения заключается в том, кто придумал изобретение. Если лицо не внесло вклад в зарождение идеи изобретения, оно не является изобретателем». Замысел — это «формирование в сознании изобретателя четкой и устойчивой идеи о полном и работоспособном изобретении в том виде, в каком оно впоследствии будет применяться на практике». После формирования замысла специалист, обладающий обычным уровнем знаний в области изобретения, должен быть в состоянии использовать изобретение без неоправданных экспериментов.
В Соединенном Королевстве изобретателем считается «фактический создатель» изобретения. Применяется двухэтапный подход к определению авторства изобретения: сначала необходимо выявить изобретательский замысел, содержащийся в заявке, после чего следует установить, кто создал этот замысел. «Изобретательский замысел» «связан с определением сути (или ядра, или сущности) изобретения — идеи или принципа, имеющего более или менее общее применение, благодаря которому достижение изобретателя можно назвать изобретательским». Изобретательский замысел зависит от конкретной заявки, но может заключаться в идее, способе реализации идеи или комбинации известных по отдельности элементов. В конечном счете, изобретательский замысел должен выявляться отдельно в каждом конкретном случае, но поверхностное участие, в том числе в составлении формулы изобретения, не дает права на признание в качестве изобретателя.
Требование о наличии изобретательского уровня
Как правило, для получения патента необходимо, чтобы изобретение было новым (т. е. соответствовало требованию о наличии новизны), имело изобретательский уровень и промышленную применимость. Именно из-за требования о наличии изобретательского уровня созданным с помощью ИИ изобретениям сложно соответствовать традиционным критериям.
Можно сказать, что изобретение обладает изобретательским уровнем, если оно является неочевидным для специалиста в соответствующей области с учетом текущего состояния данной области, или «уровня техники». Это отличается от требования о наличии новизны в патентном праве, которое представляет собой относительно объективную оценку, призванную ответить на вопрос: «придумал ли кто-нибудь это раньше?»
Напротив, в случае требования об изобретательском уровне основное сравнение проводится с известным уровнем техники. Основной вопрос заключается в следующем: «достаточно ли близко известный уровень техники приближает нас к данному изобретению, чтобы его создание представлялось очевидным?» Иными словами: «будет ли данное изобретение казаться очевидным специалисту в данной области?»
Этот критерий существует для того, чтобы право на патентную охрану получали только те изобретения, которые представляют собой значительный прогресс. Это обусловлено тем, что патенты могут нести значительные социальные издержки, а слишком низкий порог допустимости привел бы к чрезмерному патентованию, что в конечном итоге оказалось бы контрпродуктивным.
В случае изобретений, созданных с помощью ИИ, проблемы с требованием об изобретательском уровне связаны с определением понятия «специалист в данной области». Согласно руководству ЕПВ, специалистом в данной области «считается квалифицированный практикующий специалист в соответствующей области техники, обладающий средними знаниями и способностями и знакомый с тем, что на соответствующую дату являлось общеизвестными знаниями в данной области».
Проблема заключается в том, что система ИИ может иметь доступ к гораздо большему объему знаний, чем «средний» или «общеизвестный» уровень знаний в «соответствующей области техники». Это означает, что сфера «неочевидности» для ИИ гораздо шире, чем для человека. Это ставит под сомнение как определение понятия «специалист в данной области», так и определение того, что считается «очевидным».
Использование ИИ в научно-исследовательской деятельности (НИОКР) постепенно становится нормой, хотя пока еще не является неотъемлемым и интегрированным элементом во всех областях. В любом случае, как только «изобретательский» ИИ станет стандартной частью НИОКР в конкретной области, патентному эксперту или суду может стать сложно определить, что ИИ счел бы «очевидным». Возникнет ли в будущем необходимость учитывать доступ к системам ИИ при определении понятия «специалист в данной области»? Это сложный вопрос, который может вынудить патентные ведомства переориентироваться на другие факторы, такие как: цель изобретения; экономические факты о том, как изобретение было воспринято на рынке; пытались ли другие создать аналогичное изобретение и смогли ли они это сделать; а также существовала ли давно ощущаемая потребность в данном изобретении.
Требования о раскрытии
Одно из основных требований патентного права заключается в том, что в патентной заявке изобретение должно быть раскрыто достаточно подробно, чтобы специалист в данной области техники мог его понять. По сути, описание изобретения должно быть достаточно ясным и полным, чтобы специалист в данной области мог воспроизвести его без особых затруднений (по мнению апелляционных комиссий ЕПВ, «допускается разумное количество проб и ошибок»).
В случае изобретений на основе ИИ это поднимает важный практический вопрос: какой тип информации и какого уровня детализации необходимо предоставить в патентной заявке в отношении самой системы ИИ? В какой степени в заявке следует объяснять архитектуру модели ИИ, обучающие данные и методы обучения? Как в заявках может быть выполнено требование о раскрытии, если многим системам ИИ присуща природа «черного ящика» и даже сами разработчики могут не до конца понимать, как модель пришла к конкретным результатам?
«Раскрытие» в контексте ИИ несет в себе второе, не менее важное значение, связанное с прозрачностью самого изобретательского процесса. Действующее патентное законодательство в большинстве юрисдикций не требует от заявителей объяснять, как было создано изобретение: требуется лишь указать, что представляет собой изобретение и как его воспроизвести. Это означает, что использование ИИ в изобретательском процессе может оставаться скрытым.
Это создает серьезную проблему политического характера. Если юрисдикции примут решение о том, что патентоспособность зависит от определенного вклада человека (как следует из решений об отказе по заявкам DABUS в большинстве стран), то патентным экспертам будет необходимо знать не только, использовался ли ИИ в изобретательском процессе, но и как именно он использовался. Введение требований о раскрытии в поддержку такого подхода означало бы коренной сдвиг в патентной практике, обязывающий заявителей раскрывать свои методы изобретения. Такое изменение могло бы иметь далеко идущие последствия для функционирования патентной системы, а также для порядка документирования и охраны инноваций.
Можно ли обеспечить авторско-правовую охрану произведения, созданного с использованием ИИ?
Когда ИИ начал занимать видное место в дискуссиях об ИС, речь шла прежде всего о созданных ИИ результатах работы. Основной вопрос заключался в следующем: существует ли автор у результатов работы этих сложных систем ИС и, если да, может ли это быть основанием для отстаивания авторских прав? В академической литературе уже поднимался этот вопрос еще до бурного развития ИИ в последнее десятилетие. Ситуация и без того была сложной, когда системы машинного обучения начали ставить под сомнение определение авторства. С учетом широкой доступности инструментов генеративного ИИ она стала еще сложнее.
Двумя ключевыми понятиями в области ИС в этой связи являются «авторство» и «оригинальность».
Однако прежде чем приступить к рассмотрению этих понятий, необходимо обратить внимание на один важный базовый момент. Чтобы определить, кого следует считать «автором» произведений, созданных с помощью генеративного ИИ, и заслуживают ли эти произведения авторско-правовой охраны, необходимо в первую очередь разобраться в том, для чего вообще существует законодательство об авторском праве.
Существуют две основные теории, обосновывающие необходимость авторско-правовой охраны. Первая называется «обоснованием на основе естественных прав» и включает такие концепции, как личные права (произведения выражают личность их создателя) и теория труда Локка (люди вправе владеть тем, что они создают своим трудом). Эти теории предполагают наличие человека-создателя, которого, как правило, нет, когда контент генерирует система ИИ.
Вторая теория — это «утилитарное обоснование», согласно которому основная цель авторского права заключается в том, чтобы приносить пользу обществу посредством стимулирования людей к созданию новых произведений и распространения результатов умственного труда в обществе. Согласно этой концепции, авторско-правовая охрана побуждает создателей продолжать создавать произведения, предоставляя им определенные права, например исключительное право получать прибыль от своего произведения.
Таким образом, если невозможно определить конкретное физическое или юридическое лицо, которое можно мотивировать этими заложенными в систему авторского права стимулами, то можно утверждать, что веских причин произвольно предоставлять авторско-правовую охрану ради нее самой, без каких-либо прочных теоретических оснований, просто нет.
Авторство
При определении того, может ли созданный ИИ контент охраняться авторским правом, первый ключевой вопрос: кто или что считается «автором»?
Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений (основной международный договор, регулирующий авторское право) не содержит четкого определения автора. Аналогичным образом, европейское право не содержит определения понятия «автор», за исключением двух конкретных технических областей: программного обеспечения и баз данных.
Однако, несмотря на отсутствие очевидного определения, основная часть законодательства об авторском праве ориентирована на человека и исходит из предположения о человеческом авторстве. Поскольку законодательство об авторском праве исходит из того, что авторство принадлежит человеку, созданное генеративным ИИ произведение может получить авторско-правовую охрану только в том случае, если удастся определить человека, которого можно назвать «автором». Такой человек будет владеть как имущественными правами (например, правом на продажу экземпляров произведения), так и личными неимущественными правами (например, правом на указание авторства), связанными с данным произведением, если соответствующие права предусмотрены.
Оригинальность
Вторым ключевым условием получения авторско-правовой охраны является оригинальность. Суды по-разному трактуют критерий оригинальности в зависимости от юрисдикции и типа произведения.
В США в решении по знаковому делу «Feist Publications, Inc. против Rural Telephone Service Co.» Верховный суд установил, что оригинальность предполагает наличие двух составляющих: независимого создания (произведение не было скопировано) и «некоторой доли творчества» (хотя бы небольшой творческой составляющей).
В ЕС на протяжении многих лет сохранялась хаотичная ситуация, поскольку у каждой страны было свое собственное определение оригинальности. Несмотря на то что в 2001 году с помощью Директивы об информационной безопасности были гармонизированы имущественные права, основной вопрос о том, какие произведения заслуживают охраны, решался по-разному в разных странах. Ситуация изменилась в 2009 году после рассмотрения дела «Infopaq», когда Европейский суд установил единый стандарт: произведение подлежит охране только в том случае, если оно представляет собой «собственный результат интеллектуального творчества автора». Суд пояснил, что это означает, что произведение должно отражать «свободный и творческий выбор» автора.
Независимо от применяемого правового принципа, общепризнанно, что для соблюдения критерия оригинальности произведение должно быть результатом интеллектуального творчества человека, в ходе которого совершается подлинный творческий выбор.
Это создает серьезную проблему для контента, созданного ИИ. Если разобраться в том, как работают машинное обучение и нейронные сети (см. главу 1), то становится ясно, что обученная модель ИИ, по сути, представляет собой огромное собрание математических функций, связанных между собой числовыми весами. В рамках такого высокотехнологичного и алгоритмического процесса чрезвычайно сложно выявить «свободные творческие решения человека» и «некоторую долю творчества», которые требуются в соответствии с законодательством об авторском праве.
Однако, как отмечается в исследовании MPI, эти системы ИИ работают не в вакууме. Все они требуют в той или иной степени участия человека для запуска и управления процессом, даже если сам процесс создания осуществляется с помощью алгоритмов.
Несколько нашумевших произведений, созданных с помощью генеративного ИИ, заставили нас по-новому взглянуть на традиционные представления об оригинальности и авторстве и пересмотреть эти основополагающие принципы. Стоит упомянуть два конкретных примера произведений, которым было отказано в регистрации Ведомством США по авторскому праву: «Zarya of the Dawn» («Заря рассвета») и «Théâtre D'opéra Spatial» («Космический оперный театр»). Оба произведения были созданы с помощью Midjourney — инструмента генеративного ИИ для преобразования текста в изображение.
«Заря рассвета» — это 18-страничный комикс. Произведение было зарегистрировано в Ведомстве США по авторскому праву, но впоследствии регистрация была аннулирована, поскольку заявительница не указала в заявке факт использования ИИ. Заявитель, г-жа Кристина Каштанова, утверждала, что она давала Midjourney «сотни тысяч описательных промптов» до тех пор, пока «через сотни итераций не было создано максимально точное воплощение [ее] замысла». Она настаивала на том, что является автором данного произведения. Ведомство США по авторскому праву не согласилось с этим, заключив, что Midjourney генерирует изображения непредсказуемым образом, а лицо, вводящее промпты, не «формирует» полученные изображения и, следовательно, не является их «идейным создателем». При этом текст и компоновка изображений в комиксе охраняются авторским правом, поскольку считаются творческим произведением К. Каштановой, а не ИИ.
Титульный лист комикса «Zarya of the Dawn», созданный Кристиной Каштановой в 2022 году с использованием генеративной модели ИИ Midjourney.Аналогичная заявка была подана Джейсоном М. Алленом в отношении произведения «Théâtre D’opéra Spatial». Аллен утверждал, что для создания первоначальной версии своей работы он ввел в Midjourney 624 текстовых промпта, а затем дополнительно отредактировал ее с помощью Adobe Photoshop и еще одного инструмента ИИ под названием Gigapixel AI. Ведомство пришло к выводу, что данное произведение не подлежит авторско-правовой охране, поскольку творческая деятельность человека была минимальной, а преобладали элементы, созданные ИИ.
В 2023 году Пекинский интернет-суд при рассмотрении знакового дела о нарушении авторских прав «Ли против Лю» пришел к прямо противоположному выводу. Истец г-н Ли подал иск против ответчицы г-жи Лю о нарушении авторских прав после того, как она предположительно без разрешения использовала изображение, созданное им с помощью Stable Diffusion. Г-н Ли утверждал, что это нарушило его право на авторство и право на распространение. Суд установил, что интеллектуальный вклад Ли в создание изображения посредством ввода промптов и настройки параметров соответствует критериям произведения, охраняемого авторским правом, и постановил, что г-жа Лю действительно нарушила авторские права. Это создает значимый прецедент для будущих дел, связанных с созданным ИИ контентом, в Китае.
Кроме того, в 2023 году Ведомство США по авторскому праву подтвердило свой ограничительный подход, предоставив лишь частичную авторско-правовую охрану еще одному созданному с помощью ИИ художественному произведению под названием «Rose Enigma», автором которого также является Кристина Каштанова. Ведомство зарегистрировало авторские права исключительно на созданный человеком эскиз, послуживший основой для работы ИИ, при этом явно исключив все части, созданные или модифицированные ИИ. Как и в случае с «Zarya of the Dawn», это дело, судя по всему, свидетельствует о том, что, хотя люди могут сохранять авторские права на свой вклад в произведения, созданные с помощью ИИ, элементы, созданные ИИ, не считаются объектами авторского права.
Оригинальный эскиз Кристины Каштановой к произведению «Rose Enigma» 2023 года рядом с окончательным вариантом произведения, созданным Midjourney.В январе 2025 года авторско-правовую охрану в США получило произведение под названием «A Single Piece of American Cheese» («Один кусок американского сыра»). Его автором является г-н Кент Кирси, генеральный директор компании Invoke AI. С помощью инструмента Invoke AI Кирси 35 раз последовательно дорабатывал исходное изображение, сгенерированное ИИ, принимая конкретные творческие решения относительно цвета, композиции и расположения элементов. После первоначального отказа компания Invoke AI успешно обжаловала это решение, представив документацию, подтверждающую активную творческую роль Кирси, в том числе видеоролик, снятый в режиме замедленной съемки. Ведомство США по авторскому праву пришло к выводу, что итоговое произведение содержит «достаточный оригинальный авторский вклад человека», сравнив его с коллажем, подпадающим под действие авторского права, в котором художник объединяет созданные другими лицами элементы в оригинальную композицию. Исходное изображение, сгенерированное ИИ, было исключено из сферы охраны.
«A Single Piece of American Cheese» (2025) Кента Кирси (справа) рядом с изображением, созданным ИИ, которое послужило отправной точкой для создания произведения (слева).Какие аспекты ИС следует учитывать в условиях использования ИИ
Поскольку компании, занимающиеся ИИ, сталкиваются с судебными исками и новыми нормативными требованиями, они используют условия использования (ToS), чтобы переложить юридические риски с себя на пользователей. Это показало исследование 2024 года, в котором были проанализированы условия использования 13 крупных компаний, занимающихся ИИ, и генераторов текста, изображений, аудиозаписей и видеороликов. Были подробно изучены три аспекта законодательства об авторском праве:
право собственности на исходные материалы и результаты работы ИИ;
ответственность в случае нарушения авторских прав в результатах работы ИИ;
модерация контента с целью сокращения числа нарушений авторских прав.
Право собственности на исходные материалы и результаты работы ИИ
Хотя исследование показало, что в условиях использования практически отсутствуют упоминания о праве собственности на исходные данные, предоставляемые пользователями инструментам генеративного ИИ, более недавние отдельные свидетельства указывают на то, что компании, занимающиеся ИИ, не скрывают того, что используют предоставленные пользователями исходные данные для обучения своих моделей ИИ.
В ходе исследования также была выявлена тенденция, заключающаяся в том, что поставщики осуществляют передачу прав собственности на результаты работы ИИ пользователю, но при этом оставляют за собой широкие права на повторное использование этих результатов. Некоторые модели (в частности, Stable Diffusion) работают по открытой лицензии. Если вы создаете контент с помощью ИИ, это означает, что формально вы «владеете» результатом работы ИИ, однако компания также может использовать его по своему усмотрению, что, по сути, сводит на нет любые возможные исключительные права.
Ответственность за нарушение авторских прав
Если результат работы ИИ потенциально нарушает авторские права, условия предоставления услуг поставщика ИИ, как правило, возлагают ответственность за это исключительно на пользователя. Поставщики позиционируют свои продукты как нейтральных посредников, а не как активных участников процесса создания контента.
Модерация контента и фильтрация промптов
Практически все компании используют системы модерации контента, в том числе:
фильтрацию промптов, чтобы пользователи не запрашивали охраняемый авторским правом контент, и
системы «уведомления и удаления» (аналогичные предупреждениям YouTube о нарушении авторских прав).
Это соответствует более общим тенденциям в области интернет-права: чем больше контроля платформа имеет над контентом, тем больше она несет юридической ответственности. Закон о цифровых услугах в ЕС стал новаторским законодательным актом в этой сфере: он ввел строгие требования к прозрачности и отчетности, а также штрафы за их несоблюдение. Путем активного мониторинга и удаления контента компании стремятся продемонстрировать ответственность в данном вопросе, при этом сохраняя для себя некоторую защиту.
В заключение следует отметить, что пользователи должны понимать, что большинство условий использования широко распространенных продуктов на основе ИИ представляют собой односторонние договоры, которые:
возлагают основную часть риска на пользователя;
предоставляют компании максимальный контроль как над исходными данными, так и над результатами; и
позиционируют компании как нейтральные платформы, а не как поставщиков услуг.
В будущем особого внимания потребует вопрос о принадлежности прав на результаты работы ИИ, особенно с учетом того, что системы ИИ становятся более совершенными и помогают пользователям создавать более сложный и коммерчески ценный контент.
Какие обязательства по раскрытию у меня возникают при использовании контента, созданного с помощью ИИ?
В коммерческой сфере обязательства по раскрытию информации значительно различаются в зависимости от отрасли и юрисдикции, однако прозрачность все чаще становится не только юридически целесообразной, но и этически ожидаемой. В настоящее время многие профессиональные организации и отрасли (такие как научное сообщество, юридические и творческие агентства) требуют явного указания факта использования ИИ при создании любой работы. Даже если раскрытие информации об использовании ИИ не требуется по закону, умалчивание об этом при выполнении коммерческой работы может повлечь риски ответственности в связи с введением в заблуждение, несоблюдением ожиданий клиента или нарушением профессиональных стандартов.
Кроме того, как было отмечено выше, в случае установления факта нарушения авторских прав произведением, созданным с использованием ИИ, условия использования обычно полностью возлагают ответственность на пользователя, что в коммерческом контексте может иметь серьезные последствия.
Некоторые крупные поставщики ИИ, такие как OpenAI и Microsoft, взяли на себя обязательства покрывать часть судебных пошлин своих пользователей, возникающих в связи с вопросами авторского права в отношении созданных ИИ результатов. Эти обязательства распространяются только на коммерческих пользователей и пользователей корпоративного уровня и сопровождаются значительными ограничениями. В любом случае, они ещё не прошли проверку на практике, поскольку судебные разбирательства в этой сфере до сих пор были направлены против самих поставщиков ИИ, а прямые иски против конечных пользователей пока не возникали.
Помимо выполнения формальных требований, раскрытие информации в коммерческом контексте служит важным деловым целям: оно позволяет управлять ожиданиями клиентов, демонстрирует технологическую компетентность и может даже стать конкурентным преимуществом, если его использование позиционируется как инновация и средство повышения эффективности. Однако уровень требуемой детализации может различаться: возможно, потребуется раскрыть факт использования ИИ и цель его использования, но не указывать точные промпты или технические сведения, хотя на всякий случай целесообразно документировать и их. В случае сомнений лучше придерживаться принципа прозрачности, поскольку выявленное впоследствии нераскрытое использование ИИ может нанести отношениям с клиентами и профессиональной репутации больший ущерб, чем своевременное раскрытие информации об использовании ИИ.
Как показать оригинальность произведения, созданного с помощью ИИ?
Определенные ориентиры для авторов, активно использующих ИИ в своем творческом процессе, дают два знаковых судебных решения: дело «Ли против Лю» в Китае в 2023 году и дело о произведении «A Single Piece of American Cheese» в США в 2025 году. Результаты рассмотрения этих дел свидетельствуют о том, что для подтверждения оригинальности коммерческих работ, выполненных с использованием ИИ, необходимо продемонстрировать существенный творческий вклад человека и его участие в принятии решений на всех этапах процесса. Для авторов это может означать необходимость документирования следующего:
концептуализации первоначальной идеи;
стратегических решений по формулировке промптов;
критериев отбора результатов работы ИИ и редакционных решений; а также
процессов комбинирования, доработки и преобразования созданных ИИ элементов.
Ключевым моментом является доказательство того, что конечная работа отражает интеллектуальную работу и творческое видение человека, а ИИ выступает в качестве сложного инструмента, а не основного создателя.
Основное внимание следует уделить тем областям, в которых творческий потенциал человека проявляется наиболее ярко: стратегическому планированию, концептуализации, редакционному отбору и интеграции созданных ИИ элементов в единое целое. В подтверждение этого полезно сохранять рабочие файлы, отражающие различные этапы работы, отклоненные варианты, обоснование творческих решений и даже видеозаписи творческого процесса, как это было сделано в проекте «A Single Piece of American Cheese».
Как защитить ИС компании при использовании инструментов ИИ?
Учитывая неопределенность правовой обстановки, ответственность за охрану ИС на данный момент полностью лежит на пользователях.
В случае использования инструментов ИИ в коммерческих целях, независимо от юрисдикции, для охраны ИС компании необходим многоуровневый подход, начинающийся с тщательного отбора поставщиков и согласования условий договоров. Следует выбирать сервисы ИИ, обеспечивающие надежную защиту данных, включая четкие обязательства не использовать данные пользователей для обучения моделей, ясные правила хранения и удаления данных, а также соблюдение соответствующих требований законодательства о защите данных. Следует договариваться о конкретных договорных гарантиях в отношении обработки данных, включая требования к месту хранения данных, стандарты шифрования и право на аудит практик обработки данных. Многие ведущие поставщики ИИ в настоящее время предлагают тарифные планы профессионального и корпоративного уровня с усиленными мерами защиты конфиденциальности, разработанными для коммерческого использования.
На внутреннем уровне целесообразно внедрить надежные политики управления данными, которые предусматривают классификацию информации по уровню конфиденциальности и ограничение объема данных, которые могут вводиться в системы ИИ. Не следует вводить в инструменты ИИ высокочувствительную информацию, такую как коммерческие тайны или конфиденциальные бизнес-стратегии, если только не предусмотрены четкие договорные гарантии их защиты. Следует рассмотреть возможность использования локальных или частных облачных решений ИИ для работы с наиболее конфиденциальными данными, а также установить четкие правила для сотрудников в отношении того, какие данные можно и нельзя передавать системам ИИ. Регулярные аудиты безопасности и мониторинг использования инструментов ИИ помогут обеспечить соблюдение политики защиты данных и выявить потенциальные риски до того, как они станут проблемами.
Как предотвратить использование ИС компании для обучения модели ИИ?
Предотвращение использования ИС компании для обучения ИИ требует как технических, так и правовых мер.
В некоторых юрисдикциях у владельцев авторских прав есть возможность отказаться от использования их произведений в рамках TDM. Таким образом, с юридической точки зрения некоторую защиту могут обеспечить четкие уведомления об авторских правах и условия лицензирования, прямо запрещающие использование данных для обучения ИИ. Некоторые компании изучают возможности использования цифровых водяных знаков и других технических решений для отслеживания своего контента и подтверждения фактов несанкционированного использования. Технические средства, включая файлы robots.txt, могут прямо запрещать доступ краулерам ИИ, равно как и средства контроля доступа к общедоступному контенту и четкие условия использования, запрещающие скрейпинг или автоматизированный сбор данных.
Следует обеспечить готовность направлять уведомления с требованием удалить незаконно используемый контент и рассмотреть возможность привлечения юриста для направления занимающимся ИИ компаниям, которые могут использовать материалы компании, писем с требованием прекратить такое использование. Хотя правовая ситуация в мире по-прежнему остается весьма нестабильной, принятие упреждающих мер, ясно свидетельствующих о намерении отказаться от участия в обучении ИИ, укрепляет позицию в любых будущих спорах и может препятствовать несанкционированному скрейпингу материалов компании.